Сто лет тому вперед - Страница 49


К оглавлению

49

— Немецкий, финский, чешский, французский, хинди, китайский… японский и… и ещё один.

— Ух ты! — сказал Фима Королев. — Скажи нам что-нибудь по-японски.

Все зашумели, стали просить Алису… только одна Мила Руткевич была недовольна, потому что в этот момент она перестала быть первой ученицей в классе, а это неприятно.

— Садись, Селезнева, — сказала Алла, будто ничего не произошло.

— Проверьте её, проверьте! — сказал Коля Садовский.

— Садовский, тебя мы сегодня уже слышали, — сказала Алла. — Теперь дай выступить другим.

Она вызвала Милу Руткевич, а к Алисе пришли две записки.

Первая была от Бори Мессерера.

В ней было написано: «Вы бывали в Англии, мадам?»

Вторую написала Лариса Троепольская, которая к языкам была неспособная, зато у неё были большие голубые глаза. Учителя и родители утешали себя тем, что с такими красивыми глазами Лариса и без образования как-нибудь не пропадёт.

«Алиса, — было написано в записке. — Я очень хотела бы с вами познакомиться и дружить. Мы могли бы вместе заниматься по разным предметам. Ответьте мне на перемене. Лариса».

На перемене Боря Мессерер первым подошёл к Алисе и сказал:

— Про Лондон это я писал.

Боря Мессерер был маленький, курчавый, напористый. Он хотел стать художником и на всех рисовал карикатуры, правда не очень похожие.

— Ну и что? — спросила Алиса. Ей было некогда.

— Ты бывала в Лондоне или нет?

— Конечно, бывала.

— Я так и думал, — сказал Боря. — Вот тебе мой рисунок.

На карикатуре была нарисована Алиса с крылышками, над башнями. Совсем не похоже.

— Это ты в Лондоне, — сказал Боря.

— Спасибо, — сказала Алиса.

Подошла Лариса, взмахнула ресницами по полметра длиной и сказала:

— Вы не против со мной дружить?

Но Ларису оттеснил Фима Королев.

— Алиса, — сказал он на правах старого друга, — ты после школы что делаешь? Мы в кино собрались…

— Мне не хочется с тобой в кино идти.

— Слушай, не обижайся, я же пошутил.

Тут Алиса увидела Юльку.

— Ты куда задевалась? — спросила она.

— Я тобой недовольна, — сказала Юлька, отводя её в сторону.

— Почему?

— Ты себя выдаёшь. Зачем с языками вылезла? Теперь вся школа будет говорить.

— Нет, Юлька, — сказала Алиса, — я не согласна. Я считаю, если можно не врать, то лучше не врать. Я уже так завралась, на три года вперёд норму перевыполнила.

— Как знаешь. Ну, что скажешь?

— Я только двоих пока знаю. Сулиму и Садовского.

— И как твоё мнение?

— Я не думаю, что это Сулима, — сказала Алиса. — Он очень скромный и вообще вряд ли стал бы бегать за пиратами.

— Я тоже на него не думаю, — сказала Юлька. — А вот Садовский — это фрукт. Он что хочешь может натворить.

— Но он рыжий. Покажи мне Наумова.

— Ага, вот он идёт. Позвать?

— Позови. Он всё равно меня уже видел.

— Наумов! — позвала Юля. — Подойди сюда.

Наумов был самый обыкновенный парень, немного курносый, среднего роста, худой, но довольно крепкий. Алиса посмотрела на него в упор.

— Чего вам? — спросил он.

— Я хотела тебя познакомить с моей подругой. Ты раньше с ней не встречался?

Коля Наумов пожал плечами:

— Где я мог встречаться? Больше вопросов нет?

— Вопросов нет, — сказала Юлька.

— Тогда у меня вопрос, — сказал он. — Катя Михайлова говорила, что сегодня волейбол. Не забудьте, ясно?

Когда он отошёл, Юлька спросила:

— Ну, он? Как ты думаешь?

— Может, и он, — сказала Алиса. — Но видишь, он не признается, что меня знает.

— На следующей перемене, — сказала Юля, — спросишь остальных. Зачем время терять?

Так Алиса и сделала.

Между вторым и третьим уроком она подошла к Коле Сулиме и спросила его:

— Коля, а мы раньше нигде не встречались? Мне твоё лицо знакомо.

Коля заложил пальцем страницу учебника шахматных дебютов, посмотрел внимательно на Алису и ответил:

— Ты ошибаешься. Мы с тобой впервые встретились позавчера. У меня хорошая зрительная память.

А с Колей Садовским получилась совсем странная беседа. Он сам подошёл к Юльке с Алисой после третьего урока и сказал, рассеянно глядя ей в переносицу:

— Знаешь, что я думаю?

— Что?

— Я думаю, что ты к нам приехала из будущего, — сказал он. — У тебя есть машина времени, переделанная из велосипеда.

Юлька ахнула. И поспешила сказать:

— У Алисы нет велосипеда.

— Я имею в виду трехколесный, — сказал Садовский. — Ты же мне давала покататься позавчера.

— Где? — спросила Юлька.

Она была настороже. Хоть Садовский и выдумщик номер один, уж очень его выдумка была близка к правде.

— Как где? — Коля посмотрел на Юльку, как будто не узнал, и объявил: — На Курильских островах. Где же ещё? Ну ладно, у меня дела. Меня могут спросить на следующем уроке, а я не знаю, что за урок.

Садовский ушёл, а Юлька вцепилась Алисе в рукав.

— Что делать? — прошептала она.

— Ничего не делать. В следующий раз он скажет, что я прилетела с Луны,

— сказала Алиса. — Теперь уж я ничего не понимаю.

Зазвенел звонок, надо было идти на географию. Подошла Катя и сказала Юльке:

— Грибкова, не забывай, мы сегодня с седьмым «А» играем.

— Мне сегодня ещё нельзя, — сказала Юлька. — Шов разойдётся.

— Ну, приходи поболеть. Не представляю, что будем делать!

— Мы все равно проиграем, — сказала Юлька. — Особенно женская команда.

10. ЗАПАСНОЙ ИГРОК

Играли в физкультурном зале, потому что на улице ещё было холодно.

Когда класс ввалился в зал, там ещё не кончилась встреча между шестым «А» и седьмым «Б». Физкультурник Эдуард велел не шуметь. Он сразу обратил внимание на Алису.

49